Форум

[quote="Гость"]И че такого ценного кадра поменяли на сомнительного молодого?[/quote]
...?.?

[quote="Гость"][quote="Гость"]И че такого ценного кадра поменяли на сомнительного молодого?[/quote]
...?.?[/quote]
Вы о чем?

Земля́тчество — форма неуставных взаимоотношений, основанная на традициях поддержания связей по признаку общей национальности и национальной культуры, общей религии или происхождения из одной местности. Наиболее распространены земляческие объединения военнослужащих срочной службы, основанных на национальном признаке.
[править]
Отличия от дедовщины

Дискриминация военнослужащих по национально-культурному, расовому, этническому и религиозному признаку под понятие «Дедовщина» не подпадает, так как в данном случае не принимается во внимание такой основной критерий «дедовщины», как разница в сроках службы между нарушителем и потерпевшим. Это явление и называется «землячество».
[править]
Суть землячества

Землячество выражается в попытках присвоения неформальных властных полномочий, а также каких-либо преимуществ и льгот чаще всего выходцами из одной местности (район, город, автономное объединение, автономная республика и т. п.). Землячество может быть моноэтнично или полиэтнично. Функции землячества в рамках закона: управленческая, культурно-просветительская, организация досуга. Негласно: навязывание интересов одной группы военнослужащих всем остальным; наказание провинившихся, несогласных, сопротивляющихся; ограждение своих членов от произвола со стороны других, более сильных землячеств и т. д.

Колодец.

Н-да,осадок-то остался!

тишина...

затишье перед бурей безумия?

Шальная гонка за деньгами, властью, успехом и удоволь­ствиями вывела из сердобской общественной среды почти все нравственные, да, пожалуй, и художественные ценности и авторитеты.Сердобчане после серии скандалов не знает, перед какой иконой ставить свечи. Вот и живём, как политические бомжи: день прошёл - и ладно.

бред опять

безумцы

В каждом безумии есть определенный процент УМИЯ.

Не факт

Ну, Моне виднее. Он гопник со стажем, тринадцать ходок за тридцать лет. И очень добрый человек Моня. Ему Вова всегда говорит:
- Уж больно добрый ты человек, Моня! Погубит тебя твоя доброта!
- Ну, уж такая, видать, моя планида! – отвечает Моня. Он всегда покупает водку и героин на всех; ничего не таит, не откладывает. «Будет день, - говорит, - будет и песня!».
Надо сказать, Белый не больно испугался. И не настучал. Ментов не было. Через день он опять пьяный на такси приехал, а через два – свистел на скамейке, как ни в чем не бывало. В новых часах.
И была такая страшная зима, что я такой и не припомню. Не зима, а чума – ночи черные, почти полярные, сугробы до неба, бледные звезды, как изморозь. Холод. Я от всей той зимы помню, что всегда была ночь. Дня-то как бы и не было.
А Черный теперь стоял у подъезда, до утра. Ждал Белого. И он страшно постарел: теперь он был полу-Черный, полу-седой. И он все время прижимал руку к груди, где сердце.
А Белый, естественно, приезжал все реже и реже. И бывало, несколько дней мы его вообще не видели. А иногда он заезжал на пять минут; за деньгами, наверное. Иногда у него не хватало денег.
Леля сказала, что Черный – знаменитый артист. Или певец. Но ненастоящий, а из театра. Таких артистов почти никто не знает, их ведь не показывают по телевизору. Но Леля так сказала, и мы поверили. Раньше, в молодости, Леля знала много знаменитых людей; она была путана хоть куда, пока заезжий азер не посадил ее на иглу.
Черный почти не носил теперь пакетцев с харчами. А вот бутылок носил по две, по три. Они сильно звенели в мешке; у него дрожали руки. А цветы он все равно покупал, разные гвоздики и гладиолусы. И выглядели они так, словно он принес их с кладбища.
Черный посматривал на нас, но подходить боялся. Он один выпивал свое вино. Да и не нужны мы были ему; ему был нужен Белый, и больше никто.
А Белый приезжал на шикарной машине. И за рулем сидел шофер, а не таксист. И Белый все время улыбался своей паскудной улыбкой. А Черный, завидев Белого, начинал рыдать, как старый еврей, и выделывать руками всякие штуки, от которых делалось холодно в животе. И Черный тянул Белого куда-то в сторону подъезда, и рыдал, и умолял, и бубнил: «Бу-бу-бу!»… А Белый пищал жестоко: « Пи! Пи! Пи!»…

Наша камера была первая в коридоре, и мы шли обычно в душ первыми. Душ был сухим и еще не запаренным. Если, конечно, конвойные не начинали с того конца коридора, что как-то раз случилось. Тогда мы зашли уже в запаренный сырой душ. Мыло и полотенце с мочалкой, сменное белье в пакете, бритвенные принадлежности. Брился я всегда, несмотря на небольшую бороду, которая очень удобна в тюремных условиях. Но правку все равно надо было делать. Шею и немного щеки надо постоянно брить. Все это делать лучше на распаренное лицо. Зеркала – вот не помню, были ли вообще, все обычно брились на ощупь. Что там в клубах пара разберешь?

Старые зэки в бане всегда сразу начинают шутить.

«Раньше заходили в баню, и, если не прикроешь задницу ногой, можно запросто девственность потерять. И не вздумай за мылом нагнуться, если уронишь, также можешь «отъехать», быстро кто-то может пристроиться сзади».
«Молодой зэк – первоход заходит в баню, мыло выскользнуло. Сразу с разных углов раздается – „О, отъехало!“ Старые зэки, кто был поближе, кидались к мылу. „А мне не взападло, мне пригодиться, я не гордый“» – шутили старые мужики».

Разумеется, терли друг другу спины, делились мылом и станками.

В конце помывки заходил конвойный и кричал, что пора заканчивать. Все начинали вдвое быстрее намыливаться и отмываться. Время всегда давали впритык, и помыться должны были все камеры, а их пара десятков на продоле.
Все начинают одеваться во все чистое, кто-то уже постирал и приготовил сменное белье, кто-то еще будет стирать.
Помывшись, мы так же под конвоем шли в хату.
В первый раз, когда мы шли из бани в камеру, меня спросил Володя:
– У тебя как со вшами? Ты не подумай, здесь ничего нет зазорного, надо просто курсануть что и как.
– Да вроде удавил, а так бывает, но вот мылом дегтярным помылся…
Ко мне подошел Химик и, смеясь, показал на моей свежей футболке прямо на груди ползущую вшу. Это из-за мыла, загнанного мне ребятами первой же передачей, его запах вытеснил вшу наружу.
Тут же Химик мне стал объяснять, как выводить вшей. Для этого надо было вскипятить полный тазик воды, можно покрошить мыла, если стирка, тем более дегтярного – это вообще отлично. Мыло обеспечивало быстрое намокание одежды, и вши погибали сразу. Потом закрыть тазик на полчаса, тогда гниды успеют со

зреть и выведутся, и тут же, разумеется, погибнут.
Это была первая ночь, которую я проспал хорошо, гнид не осталось, и сон был очень спокойный.