Дмитрий Журавлев Юрий Болдырев
Экономический кризис и эпидемия коронавируса — вот две, пожалуй, главные темы, которые волнуют сейчас всех. Видимо, поэтому свою оценку происходящим в России и мире событиям в интервью .... поспешил высказать глава Счетной палаты (СП) Алексей Кудрин. Жаль только, что о своей основной на данный момент обязанности — бороться с коррупцией, с нецелевым расходованием средств, он фактически забыл.
По словам Кудрина, Россию ждет экономическая стагнация. Так, ВВП за год упадет и очень сильно — на 5%. Его предыдущая во времени оценка была чуть оптимистичнее: 3−5% падения. Еще раньше он говорил о «нулевом росте», но о тех временах уже забыли.
Еще один животрепещущий вопрос, затронутый Кудриным, — безработица. В результате кризиса число неприкаянных рабочих рук вырастет с 2,5 до 8 млн. человек, считает глава Счетной палаты. Серьезная цифра. Особенно с учетом незбывшегося обещания его друга по петербургской мэрии, а ныне президента РФ создать в стране 25 млн. высококвалифицированных рабочих мест.
Рассуждая о безработице, Кудрин был не похож на себя. «Конечно, в период кризиса хочется помочь всем, самым слабым, чтобы люди не попали на улицу и не стали бедными. Это всегда трагедия». Верится с трудом. До этого он не отличался человеколюбием, будучи приверженцем жесткой либеральной экономической линии. Испугался, что оголодавшие россияне поднимут на вилы?
Гораздо более естественно выглядела забота Кудрина о банках: проблема со спросом большинства компаний через 3−6 месяцев затронет и финансовую систему. Спору нет, деньги — кровь экономики. Но раз так, то для спасения банковской системы следует поддержать платежеспособный спрос населения. Да хоть прямыми выплатами, как в США! Пока же все меры правительства, имеющего «кубышку» в 18 трлн. рублей, оцениваются примерно в 1,2 трлн. рублей. Ну, не скупердяйство?
При этом Кудрин напомнил, что для борьбы с кризом можно использовать 30 трлн. рублей, которые лежат в российских банках на счетах и вкладах физических лиц. Государство могло бы привлечь их в рамках заимствований на внутреннем рынке. Вот только забыл главный бухгалтер страны, что после аферы с пенсионной реформой россияне свои деньги государству вряд ли доверят. Быть «средним классом» с зарплатой в 17 тысяч рублей им не улыбается.
Высказывая экономические сентенции, Кудрин мог бы вспомнить, что его основной обязанностью как главы СП является забота о законном расходовании госказны. Ведь еще в январе 2020 года он оценивал объем коррупции в России в «триллионы рублей». С тех пор ситуация изменилась? Вряд ли. Но если у тебя есть аппарат, есть информация по регионам, известно кто и сколько там таскает, то почему фамилии не называются?
Кстати, Татьяна Голикова когда была главой СП, тоже умалчивала о персоналиях. Зато суммы нецелевого использования средств называла исправно. Но коррупция — это не только про «сколько денег украли», но и про «кто персонально». Для чего тогда эта структура? Чтобы Путину сообщать, и он держал под контролем вертикаль власти? Но тогда это не Счетная палата, а «кистень». Персональный, а не общества.
По мнению бывшего заместителя председателя Счетной палаты, экономиста и публициста Юрия Болдырева, этот надзорный орган в последние 15−20 лет сильно зависит от президента.
— Я был в свое время руководителем и внутреннего контроля — Контрольного управления администрации президента (АП), и внешнего контроля — Счетной палаты. Кстати, нынешний руководитель СП (Кудрин) тоже.
«СП»: — Значит, он должен понимать всю важность для страны открытой информации…
— Информация — это товар. Информация о злоупотреблениях, нарушениях — это очень дорогой товар. Когда я работал в Контрольном управлении АП, я мог предавать огласки те или иные данные только с согласия президента.
Когда мы писали закон о Счетной палате в 1994 году, мы специально вписали фразу, что деятельность Счетной палаты является публичной. То есть одна из главных работ в Счетной палате заключалась не в проверках — проверки провести не сложно, а в борьбе с сокрытием информации.
Соответственно, и в регламент Счетной палаты, которым я непосредственно занимался, мы закладывали нормы, которые бы не позволяли ни инспекторам, ни аудиторам становиться хозяевами товара, который дорого продается.
Поэтому в регламенте прямо было записано, что с момента принятия решения о результатах проверки, никто не имеет права ограничивать доступ к информации. Все отчеты направляются в Госдуму и Совет Федерации. То есть это не секретный материал, хотя и бывают исключения.
Но, например, в 1990-е годы в ряде законов прямо было прописано, что информация о нарушениях расходования бюджетных средств в принципе засекречиваться не может. Что бы там ни было. Хотя попытки ограничения доступа к информации по итогам проверок были.
«СП»: — С чьей стороны?
— Например, со стороны главы Центробанка Геращенко, который, получив от нас акты проверки, тут же поставил на них гриф «секретно». Мы даже вынуждены были подавать в суд, выигрывать суды и рассекречивать то, что он незаконно засекретил.
«СП»: — Золотые времена. Как же мы все это упустили?
— До 2003 года Счетная палата формировалась независимо от президента. С 2003 года по антиконституционному закону она стала формироваться только по предложению президента. То есть вопреки президенту уже никто назначен быть не мог. А сейчас они это в поправки в Конституцию включили. Никто не может быть назначен в Счетную палату без воли главного подконтрольного.
Так что уже давно, как минимум начиная с 2000-го, со Степашина, Счетная палата формируется из тех, кто, скорее, готов входить в положение власти, нежели общества. А хитрых ходов, как не передать обществу ту или иную информацию, можно придумать миллион. С тех пор никакая информация не может быть передана обществу вопреки воле президента.
Гендиректор Института региональных проблем, бывший сотрудник администрации президента Дмитрий Журавлев:
— Тут есть несколько аспектов. Доклады Счетной палаты являются публичными, но адресатом этих докладов является государственная власть более высокого уровня. Счетная палата находится под контролем парламента. В этом смысле ее глава формально равен главе правительства. То есть публикация результатов проверок, даже если они осуществляются, не является целью. Целью является доклад руководству. Мол, батюшка, а у нас воруют.
То, что это все не выплескивается в общество — может, и правильно. Хотя это сложный вопрос. Ведь если конечным бенефициаром не является общество, то система власти спекается в единый не разбиваемый ком. Но понять доклад Счетной палаты, не употребляя при этом слова на чисто русском языке (очевидно мат — авт.) невозможно. Профессиональная проверка — это очень скучно. Люди в этом потоке цифр просто утонут.
И наконец, последний аспект — это лично Алексей Леонидович. Все-таки он бывший министр финансов. Куда Кудрина не переставляй, они им и остается. У нас были другие министры финансов — блестящие бухгалтеры. Они отлично считали деньги, всегда могли и могут сказать где, сколько и как сделать так, чтоб их было больше. Хотя не всегда хорошо во имя финансовой стабильности гробить реальную экономику, как у нас. Так вот, Кудрин министр финансов очень идеологизированный.
«СП»: — Что это означает?
— Насколько могу судить, у него есть некое представление об идеале, которым является западный мир. И вся его экономическая деятельность — это попытка экономически превратить Россию в маленькую Америку. Вот за что он борется. Как у Егора Гайдара. Хотя они не являлись ни соратниками, ни союзниками, и один другого не породил — Кудрин пришел уже в другую эпоху.
Поэтому Кудрин и выдвигает, будучи на посту главы Счетной палаты, всевозможные экономико-политические идеи. Этой же цели служат и его научные и информационные структуры. Открываешь их доклады, а там везде Алексей Леонидович. Для Кудрина это главное, потому что, как мне кажется, он верит, что это его миссия. А человеку с миссией все равно какую должность занимать.
