Анастасия Буракова, председатель «Открытой России»:
«Прошедшее голосование — очень яркая демонстрация неэффективности власти. Мы получали большое число сообщений о нарушениях: переписанные протоколы, проставленные подписи, отсутствие наблюдателей, переламывание через колено бюджетников… Я вижу огромное недоверие к результатам, в том числе со стороны людей, которые далеки от политики. Мы засвидетельствовали слабость власти и страх перед людьми.
У Путина уже нет большинства
Я думаю, что по итогам голосования в ближайшие месяц или два люди поймут, что ничего в их жизни не изменилось. Посмотрите хотя бы на повышение тарифов. Да и Кремль сбросил все маски, назвав плебисцит референдумом о доверии к Путину. Вся эта социальная шелуха, которой прикрывались чиновники, не имеет никакого значения.
Что теперь делать? Мы обсуждаем это вместе с разными оппозиционными политическими силами. В первую очередь нужно перестать ругаться по разным моделям поведения, как это было со стратегией при голосовании: бойкот или отметка „против“. Любое выражение протестной активности имеет место быть, и нужно научиться уважать мнение оппонента. Вернее, даже не оппонента, а соратника, который придерживается другой точки зрения.
У нас есть главный противник, а все остальное выяснится на демократических выборах в будущем. Со своей стороны мы готовы к переговорам и кооперации. Надеюсь, что коллеги по демократическому флангу осознали, что хейтерство друг к другу не идет на пользу никому.
Я знаю, что активисты уже подают заявку на митинг. Сейчас наша задача — осветить произошедшее на голосовании, объяснить людям, как это произошло, всю нелегитимность процедуры и почему нельзя перекладывать ее на будущие электоральные циклы. Думаю, мы еще увидим народное недовольство, которое, мы знаем, в постсоветских странах случается как по щелчку».