То, что есть теперь, возникло на наших глазах и, в общем-то, при нашем попустительстве. Чего-то мы не сделали. Что-то проморгали. В чем-то проявили душевную и интеллектуальную лень. Не знаю, кому как, но мне лично представляется затруднительным вполне дистанцироваться от происходящего. И это мое ощущение вполне разделяется многими из тех, с кем мне приходилось общаться последнее время.
В общем стыдно. За многое стыдно.
Другое сильное, хотя и тоже слегка стыдное чувство — это чувство надежды. Впрочем, нет, не стыдное, точнее будет сказать — стыдливое. А стыдливое оно потому, что она, эта надежда, всплывает всякий раз вновь и вновь, вопреки логике событий и вообще здравому смыслу.
Впрочем, по моему мнению, именно поэтому она, надежда, и имеет шансы на успех.
Когда-то в разгар какого-то спора — совсем не помню, о чем, да и неважно это — с моим тогдашним приятелем я в полемическом азарте сказал что-то вроде того, что твои, мол, доводы, слишком бесспорны, чтобы их можно было принять за истинные.
Что-то подобное мне иногда хочется повторять и теперь.
А нам необходимо быть веселыми, бодрыми, легкими. Потому что все самое главное — на нашей стороне. Язык, история, да и будущее принадлежат нам, нормальным ответственным людям современной цивилизации, для кого представления о личном достоинстве и властная потребность в творческом, а значит, в хозяйском отношении к жизни ничуть не ослабевают, а лишь дополняются новыми тонами, красками и нюансами.
Вот и будем жить дальше. Будем неутомимо искать и находить поводы для того, чтобы радоваться жизни, радоваться друг другу и друг друга радовать.
Лев Рубинштейн, публицист
