Форум

Турция. Четырнадцатилетние дети. Кальян и алкоголь. В международном лагере, где за голову каждого богатого ребенка организаторы отвечают жизнью? Вы можете себе представить что-то подобное? Как дети ночами убегают в гламурные клубы, где, не спрашивая паспорт, их сразу пускают внутрь, наливают от души и подносят кальяны? У вас не складывается впечатление, что это отрывок из какого-то взрослого рассказа, но никак не из воспоминания 14-летнего ребенка? Комментаторы поста задаются этим же вопросом, однако ответа нет.
«Я долго стоял перед кассой диковинного для меня "Макдоналдса" и выбирал: скушать гамбургер сегодня или оставить деликатес на завтра. Моя картина мира оказалась разбита вдрызг».
Стоимость бургера в стамбульском «Макдоналдсе» — около 3 долларов. Если поделить 100 долларов на две недели, получается 7 долларов в день. Вполне хватает на два бургера.

Впрочем, в турецкой истории много и других нестыковок. Как и во всем, что пишет о себе Аяз:
«Я пребывал в одиночестве, в том состоянии, в котором хочется плакать оттого, что у тебя никого и ничего нет. Но лучше одиночество, чем иллюзия дружбы».
Откуда тогда несколькими строчками выше обо всех подробностях про клубы, девочек, кальяны и алкоголь знал мальчик-изгой, не имевший денег даже на бургер в «Макдоналдсе»?
В общем, если это отрывок из книги, то похоже, что редактор к ней даже не прикасался. Хотя в блоге Аяза пафосно рассказывается, как долго и «параноидально» он обсуждал контракт с издательством.

Как петух то бушует!

И еще занятный момент.
В своем комментарии Аяз пишет: «Я бы хотел, чтобы бедным в нашей стране должно было быть стыдно. Но пока, к сожалению, люди как будто гордятся тем, что они бедные, гордятся своей беспомощностью. И это ведь не их вина, а все потому что кто-то им также в детстве сказал, что "если кто-то заработал, значит, кто-то потерял", и они в это поверили. Говорить о том, что у кого-то было тяжелое детство? У всех оно было тяжелым, у каждого здесь разная история, и у Паши тоже. В начале концентрата все видели слайд с парнем, который сидит в инвалидном кресле и, несмотря на это, заработал 300 тысяч рублей. После таких историй, на мой взгляд, стыдно и вообще невозможно найти оправдание собственной беспомощности».
При этом он рассказывает, как гордится своим отцом, который, по словам Аяза, был далеко не богатым Буратино. По крайней мере любые попытки назвать Шабутдинова-старшего успешным дельцом Аяз активно отвергает и рассказывает, что бизнес его был почти на грани банкротства, и жил он в «комнатенке» с неудобным пластиковым стулом.
На самом деле Аяз вовсе не выходец из «комнатенки» с пластиковой мебелью. Его родители — локальные олигархи с интересной бизнес-моделью: большое количество фирм, которые открываются, закрываются, записываются на имя то мужа, то жены, вовлекаются в судебные процессы, проигрывают часть дел, закрываются, снова открываются. В должности генерального директора пивзавода Рифат Рафкатович успешно сменил Геннадия Малькова, который, в свою очередь, получил этот завод практически даром — бывшая государственная собственность в девяностые оказалась практически брошенной и существовала чуть ли не на дотации. Затем Малькова привлекла идея сделать политическую карьеру, а Рифат Рафкатович выборы в народные избранники проиграл, зато стал генеральным директором пивзавода и назначил сына на должность директора по развитию.

Однако в качестве развивающего управленца Аяз оказался не особо эффективным. В мае 2018 года завод, де-факто занимавшийся дюжиной различных видов деятельности, от финансового управления до продажи канцелярской бумаги… закрылся как убыточное предприятие!

Вместо того чтобы сосредоточить свое внимание на одном, максимум двух смежных проектах и их активно развивать, представители деловой династии мечутся между полуубыточными фирмами, одни закрывают, другие открывают. Это очень сильно напоминает типичную систему создания фирм-однодневок, с помощью которых легко обналичиваются деньги.

У экспертов, да и у обычных людей, что-то понимающих в бизнесе, часто возникает к Аязу закономерный вопрос: зачем собирать квазибренды, как фантики, и как можно разорваться на сорок частей, чтобы управлять каждым из бизнесов, контролировать, запускать, чинить и обновлять при необходимости? При этом (внимание!) находить кучу времени на ведение блога, бесконечные гастрольные выступления на бесплатных и платных тренингах и гламурные одинаковые фотосессии.

Комментирует Татьяна Котова, магистр права, ведущий специалист консалтинговой группы IFL: «Схема достаточно стандартна — по сути, он маркетолог/рекламщик и не более. Обычное медийное лицо. Ему предлагают войти в какой-то условный бизнес, он соглашается и за продвижение берет деньги. Если заработало, то это "его заслуга", если нет, то "их ошибка". Неработающие компании просто пропадают со сцены, что в нынешних условиях весьма рискованно, но вполне распространено».

Комментарий налогового консультанта, анонимно: «Можно предположить, что его бизнес состоит в перепродаже юридических лиц, например, или он руководит фирмой первое время как управляющий, а потом передает тому, чей это бизнес. Так нередко делают руководители аутсорсинговых/консалтинговых компаний, особенно если работают с иностранными клиентами, которые сидят у себя за границей, а здесь открывается "представительство". Если выстреливает, то через год иностранец приезжает и берет бразды на себя».
Версия налогового консультанта тоже находится в рамках честного представления о бизнесе, но в данном случае совсем непонятно, каким образом могла бы произойти продажа, если и ООО «Лайк», и ООО «Лайк Франчайзинг» благополучно ликвидированы.

Впрочем, фирм, зарегистрированных с участием Аяза, достаточно, чтобы хоть куда-нибудь, да отправить очередную партию будущих бизнесменов.
По сути, так называемый холдинг «Лайк» — несуществующая система. Воздушный замок, нарисованный умными закулисными людьми. Идеальная схема, в которой любая ошибка — это ответственность подконтрольных лиц, на которых можно уверенно валить все.
Напоминает еще один анекдот, про три письма.
Уходит с завода старый руководитель, на его место назначают преемника. Уходящий дает ему три письма и говорит:
— Будет совсем плохо — открой первое. Будет ну очень плохо — открывай второе. Придет полярная зверушка — открой третье.
Молодой директор положил конверты в сейф. Прошел год. Ничего не получается, доходы падают, технологи воруют. Вспоминает про сейф, открывает первый конверт. Там написано: «Вали на меня».
Директор на собрании высказался, вывалял в грязи ушедшего, бумагами потряс — все успокоились. Работники и собственники поверили, успокоились.
Прошло еще два года. Доллар вырос, рубль упал, поставщики обнаглели. Директор открывает второе письмо. Там написано: «Сокращай нахлебников, модернизируй производство».
Визг, шум, забастовки — но дело пошло.
Прошло еще три года. Санкции накрыли, технологи продали секретный рецепт конкурентам, бухгалтер сбежал на Мальдивы с миллиардной выручкой…
Директор открывает третий конверт. А там написано: «Садись, пиши три письма».

Наш вывод: Аяз Шабутдинов — не миллиардер и успешный бизнесмен, а всего лишь лицо инфопроекта, в котором продаются за не адекватную ценности цену мифическая «бизнес-идея» и «поддержка бренда», не обеспеченная даже элементарными нормами законодательства.
Все, что требуется от Аяза, — уговорить своих слушателей взять кредит, выплатить паушальный взнос, а дальше крутиться самостоятельно. Если случайно выстрелит — выплачивать холдингу проценты. Если не пойдет — бизнес «мотивационного оратора» никак не пострадает.
К сожалению, примерно 99% проданных франшиз убыточны, но Аяза интересует лишь, как заработать деньги от продаж на тренингах, а не дальнейшие результаты приобретателей.

Также, если внимательно посмотреть видео, можно отметить интересный момент: Аяз говорит о расходах в 50 миллионов рублей ежемесячно, а затем, когда камера перемещается в кабинет генерального директора, расходы вдруг внезапно возрастают до 70 миллионов в месяц. Затем Аяз начинает рассказывать о сокращении расходов до 40 миллионов в месяц. Руководитель не в курсе, сколько тратит его компания, как Дмитрий Портнягин не в курсе, какая у его фирмы маржинальность?

С целями по YouTube тоже ничего не вышло, цели в миллион подписчиков «не достигли и перенесли на следующий год». Мельком показанная конверсия по курсам тоже болтается возле нулевых показателей.

Все это не мешает Аязу бодро продавать прямо во время видео участие в очередных своих курсах — деньги очень нужны!
Эту мысль подтверждает еще одно краткое упоминание: Аяз опять говорит, что некоторые проекты (а какие — это секрет) тоже ушли с молотка. «Лайк Центр» активно распродает все, что еще может успеть продать на волне популярности среди мечтателей.
Аяз прямым текстом говорит, что у них каждый день — война, непростое время, все «наложилось друг на друга», правда, не разглашает подробностей, что же пошло не так настолько, что месяц даже не выходило новых видео.
И что особенно интересно: декларируемая выручка компании — миллиард двести тысяч в год. Расходы, допустим, заявленные 40 миллионов в месяц. Как же при такой разнице он не может найти денег на инвестиции в новый проект коворкингов, и приходится срочно задумываться о продаже уже входящих в группу «Лайк» компаний? Кажется, с математикой здесь явно что-то не то.

Планирует человек начать собственный бизнес или нет, у него наверняка в ленте во "ВКонтакте" хоть раз да появлялась реклама курсов "Like центра" или Аяза Шабутдинова. Всё одно. "Like центр" — это проект Аяза, инфобизнесмена, который продаёт клиентам секреты успеха. Среди выпускников его школы есть успешные люди, и о них Аяз без конца говорит на выступлениях. Однако хватает и тех, кто с треском провалился и потерял деньги прямо у Шабутдинова под носом. Но о них бизнесмен предпочитает не распространяться. Возможно, это ещё один хорошо завуалированный вид мошенничества с признаками сектантства.