Рассмотрение ходатайства защиты Бориса Шпигеля началось с того, что, отвечая по видео-конференц-связи на вопрос судьи, бизнесмен сказал, что плохо понимает происходящее и ему тяжело дышать. Он также пожаловался на озноб и давление — 70/30. Однако при этом он попросил суд не откладывать заседание, на чем принялись настаивать его адвокаты.
Медицинская тема заняла значительную часть заседания: адвокаты требовали вызвать в качестве свидетелей личных врачей бизнесмена и других специалистов, после чего зачитали заключения медиков, в том числе из Израиля и Италии, которые, по мнению адвокатов, говорят о том, что дальнейшее содержание их подзащитного в СИЗО грозит ему смертью.
Следствие в ответ указало, что врачи дважды осматривали обвиняемого за время ареста и не нашли никаких подтверждений выводам специалистов, на которых ссылается защита.
Ни одно из заболеваний, которые диагностированы у господина Шпигеля, указал представитель СКР, не входит в перечень заболеваний, при которых человека нельзя содержать в СИЗО.
После этого суд поинтересовался самочувствием господина Шпигеля, и в итоге к последнему вызвали врачей, которые сделали ему укол.
Затем бизнесмен неожиданно заявил, что готов сотрудничать со следствием, и обратился к своим адвокатам с просьбой организовать ему «встречу со следователем». Следователь отметил, что никаких ходатайств о допросе адвокаты обвиняемого ему не направляли, а сам Борис Шпигель от дачи показаний отказывался.
Выступая перед судом, бизнесмен связал свой арест с «наездом губернатора и его сыновей», но не стал конкретизировать это заявление. По словам господина Шпигеля, он знал, что его прослушивают, но не сменил номер телефона, что подчеркивает его намерение ничего не утаивать. «Я всегда сотрудничал с властью и больше не хочу вмешательства СМИ и правозащитников в дело — пусть правосудие само разберется»,— резюмировал он. Впрочем, это заявление не помогло Борису Шпигелю — МГС посчитал его арест законным и обоснованным. После заседания адвокаты бизнесмена попросили следователя разрешить им экстренную встречу с клиентом, тот не возражал.
Владислав Трифонов
Медицинская тема заняла значительную часть заседания: адвокаты требовали вызвать в качестве свидетелей личных врачей бизнесмена и других специалистов, после чего зачитали заключения медиков, в том числе из Израиля и Италии, которые, по мнению адвокатов, говорят о том, что дальнейшее содержание их подзащитного в СИЗО грозит ему смертью.
Следствие в ответ указало, что врачи дважды осматривали обвиняемого за время ареста и не нашли никаких подтверждений выводам специалистов, на которых ссылается защита.
Ни одно из заболеваний, которые диагностированы у господина Шпигеля, указал представитель СКР, не входит в перечень заболеваний, при которых человека нельзя содержать в СИЗО.
После этого суд поинтересовался самочувствием господина Шпигеля, и в итоге к последнему вызвали врачей, которые сделали ему укол.
Затем бизнесмен неожиданно заявил, что готов сотрудничать со следствием, и обратился к своим адвокатам с просьбой организовать ему «встречу со следователем». Следователь отметил, что никаких ходатайств о допросе адвокаты обвиняемого ему не направляли, а сам Борис Шпигель от дачи показаний отказывался.
Выступая перед судом, бизнесмен связал свой арест с «наездом губернатора и его сыновей», но не стал конкретизировать это заявление. По словам господина Шпигеля, он знал, что его прослушивают, но не сменил номер телефона, что подчеркивает его намерение ничего не утаивать. «Я всегда сотрудничал с властью и больше не хочу вмешательства СМИ и правозащитников в дело — пусть правосудие само разберется»,— резюмировал он. Впрочем, это заявление не помогло Борису Шпигелю — МГС посчитал его арест законным и обоснованным. После заседания адвокаты бизнесмена попросили следователя разрешить им экстренную встречу с клиентом, тот не возражал.
Владислав Трифонов