По обвинению во вбросе бюллетеней (в пользу всё того же бедолаги Белозерцева) уже предъявлено обвинение председателю УИКа Светлане Сверчковой, которая работает директором районного центра детского творчества.
Бессоновское дело важно, во-первых, тем, что сейчас мы наконец имеем официально зафиксированное и признанное подтверждение общеизвестного (но игнорируемого властями) факта, а во-вторых тем, что дает нам представление о масштабах подтасовки. Из 4 подсчитанных бюллетеней 3 были фальшивыми. Это уже не подсчеты математика Шпилькина, не наша аналитика, основанная на данных экзит-полов, а официальная информация.
Поскольку показатели Бессоновки ничем не отличаются от результатов других УИКов и в среднем по области, есть все основания сделать вывод о том, какой была реальная картина голосования и каковы подлинные масштабы обмана. И не забудем, что аналогичные результаты мы в 2020 году имели на Камчатке, в Еврейской Автономной области, да и вообще почти во всех регионах, где проводилось голосование.
Именно гарантированная безнаказанность фальсификаций была важнейшим психологическим и административным фактором, обеспечивавшим «успешное» решение данной задачи. Все точно знали, что какие бы страшные кары ни были прописаны в уголовном кодексе, никто наказан не будет и ловить никого не станут. Теперь, когда этот негласный принцип нарушен, возникает реальная угроза брожения и неуверенности в рядах чиновников, отвечающих за обеспечение «правильного» результата выборов.