Форум

Жулики и воры митингов боятся.

Не помню точно когда, но в начале нулевых в прокуратурах ликвидировали штат сотрудников, которые занимались реабилитацией жертв политических репрессий. Были такие в 90-х, причем при прокурорах регионов, на полковничьих должностях.
Я сам проходил стажировку у такого старшего помощника прокурора республики. Кабинет был завален делами расстрелянных, сосланных, загнанных в лагеря.
Приговоры звучали примерно так: в период с 1918 по 1923 годы оказывал содействие кулацкому движению. Доказательства — донос соседа и признательные показания на пяти строках. Да, оказывал содействие. Всё. Расстрел.
Много было дел по 10-15 листов, включая опись дела и справку о приведении приговора в исполнении. Тоненькие сшивки желто-серых листов старой бумаги.
Расстрел, расстрел, расстрел, лагерь, расстрел.
Потом объявили, что эта работа завершена. Это же несложно — просто отменить задачи, а сотрудников отправить на другие. Тогда вроде как и проблемы нет. Несложно и ликвидировать «Мемориал» (признан в РФ НКО-иноагентом), да и в целом сделать вид, будто и репрессий как бы не было.
Но проблема в другом. Сколько ни ликвидируй подсчитывающих и реабилитирующих, черепа с одиночными пулевыми отверстиями не исчезнут. Думать надо было раньше, до возникновения этих отверстий. До расстрелов.
Алексей Федяров, руководитель юридического департамента в «Русь Сидящая»

Закрыватели-любители сейчас рассуждают: вот, мол, «Мемориал» (признан в РФ НКО-иноагентом) «воздействовал на умы людей». И в этом они, запретители, конечно, все. Люди — абсолютное большинство — для них такие младенчики. Что папа-мама (почему-то они таковыми считают власти, а не реальных мам и пап) сказали, как на умы воздействовали, то и запомнят.
А есть еще разные нехорошие дяди. Конфеткой приманят, про папу с мамой гадостей наговорят — и готово.
Я не видел еще ни одного публициста из охранителей-запретителей, которые поставили бы себя вровень с человеком из народа. Таких, наверное, не родилось. Но вот поскреби чуть-чуть охранителя — и польется из него это «стадо», «быдло», «90% дураков», если не что-то похлеще.
Т.е. отказ большинству людей в субъектности, в праве на собственные мысли и собственную волю — это их «скрепа». Убери ее — и охранительству-запретительству конец.
Но так ли оно?
Не было еще никакого «Мемориала». Однако я в свои семь лет отлично знал, что — были репрессии при Сталине. И вообще, жуть тогда творилась. Правда, познания были не без мифологии, в них включалась красивая легенда о Надежде Аллилуевой, которая прокляла мужа за палачество, за что и была убита. Но в целом-то — все более-менее понятно и достоверно. Что людей могли расстрелять за анекдот. Что были суды, которые совсем не суды. Что было страшно…
Откуда знания? Из семьи, конечно. От родных, откуда же еще?
Семья была какой-то особо интеллигентной, советско-аристократической? Ничего подобного!
Какая-то вундеркиндизация? Нет, опять же ничего подобного — обычный средний. Просто у нас принято недооценивать детей и подростков.
Так вот, повторю: все это было без какого-то влияния «Мемориала». Который был в те времена не то что признан иноагентом, но даже еще и не возник!
Следовательно, на ликвидации «Мемориала» история не закончится. И историческая память на этом не закончится.
Промаркировать организации, даже поддерживающих (что предложил некий священник РПЦ, причем сказал «мы промаркируем») — наверное, можно. Но промаркировать большинство населения страны — задача непосильная. Просто надо хорошо понимать несколько вещей.
1) Промаркированный иноагентом «Мемориал» ликвидирован? Печально. Но «Мемориал» — это мы. И это никакой не оптимистический лозунг, это просто констатация факта.
2) Если охранителям-запретителям угодно делать системную ошибку, считая людей несубъектными, то это хорошо. Пусть наделают системных ошибок как можно больше.
Но нам, а особенно — публицистам, ныне расстроенным вполне ожидаемыми решениями судов, — делать такую же ошибку не с руки. Люди отлично видят все происходящее, они — ничуть не хуже тех, кто считает себя «продвинутыми».
Ну, и еще одно. Самое глупое, что мы сейчас можем сделать — это завести заунывную песню на стихи тов. Швондера про «суровые годы», которые у него уходят, приходят, — в общем, гуляют туда-сюда, как статистика после т. н. «переписи населения». Запретители от нас чего-то подобного, наверное, и ждут. Но дождаться не должны, сделать им такой новогодний подарок — как-то многовато чести.
Егор Седов, публицист

При всех своих недостатках, могучая страна была — на порядок мощнее, чем нынешний режим. У нее ведь и идеология наличествовала, и мечта. Причем последняя реально привлекательной была и можно даже сказать: эстетически безупречной. А у нынешних что? Патриотизм? Это ни о чем. Пустой сосуд, в который, что угодно налить можно. Все вокруг патриоты — не только единороссы, но и коммунисты, и Навальный. Все Родину любят — вопрос лишь в том, кто и как ее обустроить хочет. В этом смысле, в отличие от СССР, предложить людям нечего — если только клептократию да вражду с окружающим миром. Поэтому Советский Союз 70 лет продержался, а нынешний режим за каких-то 20 лет себя полностью обнулил. И ни у кого нет сомнений, что он не то что до 70-и, он и до половины этого срока не дотянет. Его апологеты ведь уже сейчас живут по принципу: «День прошел и слава богу!» А что? Очередной миллиард освоил, в офшор перекинул — все не зря…
Вот только люди этот подход уже хорошо прочухали. Поэтому и ностальгия по СССР у них растет. Не по лагерям, по мечте… И это второй драйвер тоски по всему советскому.
В общем, с годовщиной нас всех!
Аббас Галлямов, политолог