Форум

Перспективы армий сторон на зимнюю кампанию
(ЖЖ yurasumy)
Стороны готовятся к зимней кампании.
ВСУ создают линию "Гройсмана" Мариуполь-Волноваха-Курахово-Константиновка-Артемовск. Запасная линия обороны Славянск-Краматорск-Граница Днепропетровской области-Бердянск. Все указывает на то, что ВСУ уже неспособны к активным наступательным действиям. Наиболее боеспомсобные части за летнюю кампанию понесли большие потери в ЛС. 12-15 тысяч убитыми (это всех ВСУ-МВД-ПС и т.д.). Столько же искалеченными. Дезертиров много, но это число будет расти. Причем по нарастающей даже без боев. Регулярные части ВСУ обескровлены кадровым составом, а самое главное отсутствием техники.
...

[quote="Титус"]Эка нагородил. Не перелезешь.
Как говорил товарищ Сталин, Кто ясно мыслит-ясно излагает.[/quote]

"и обретает смысл и ясность".

Виноват не сформулирувал достаточно для восприятия - грешен перед Миром.

Лишь разум мой способен вдаль
До горизонта протянуть Надежды рвущуюся нить
И попытаться изменить Хоть что-нибудь .

( Никольский Константин)

Говнотитус раздвоился. Маска сброшена.

Это давно заметно. Он наплодил ников и разговаривает сам с собой, создавая иллюзию диалога.

[quote="antipidor"]Это давно заметно. Он наплодил ников и разговаривает сам с собой, создавая иллюзию диалога.[/quote]
Говногость, активнее разоблачаем! Переходим на говномову!

Титус прав! Вокруг очень много врагов народа. У них очень темно на душе, у сволочуг.

А вто еще берет ник антип...р а сам фотокарточку Ляшко заместо иконы держит. Срамота!

Почитайте, говноп...ры.


Сердце Родины против войны

Десятки тысяч людей на бульварах в сентябрьское воскресенье, сотни тысяч в Москве, миллионы в стране. Все они знают: надо прекратить братоубийство

23.09.2014






На углу Петровки и Петровского бульвара из корчмы «Тарас Бульба» выбегают официанты и посетители и смотрят на текущую мимо колонну с огромным желто-голубым флагом, растянутым на всю ширину улицы. С одной стороны полотнище несет красивая девушка с пестрым венком на голове, в черной безрукавке, расшитой народным узором юбке и высоких шнурованных ботинках, с другой — статный парень в вышиванке. Толстая повариха в белоснежном колпаке, куртке и штанах снимает мобильником веяние украинских флагов. На ее лице смущенное удивление, словно она сейчас скажет: «Вот те и на! Вот те и Москва! Ну не ожидала!»

Снова Москва идет по бульварам, от Пушкина к Сахарову, столько раз уже пройденным маршрутом. Плывут над людским потоком лица молодых ребят из псковской дивизии и других частей. Они погибли в Украине. Под каждым лицом имя и фамилия. Снова тихие пожилые женщины пишут крупными буквами свои мысли на больших листах ватмана. Одна, с милой, доброй и отчего-то знакомой улыбкой, стоит с плакатом на тротуаре, и в словах плаката боль: «Кто знает — как остановить войну? Научите меня!» Другая, седая, стройная, спортивная, в курточке и джинсах, повесила плакат на решетку бульвара и стоит рядом с ним: «Зачем в Украине воевать? убивать? умирать? Давай в России созидать!!!» Неловко нарисованный черный сапог перечеркнут красным крест-накрест. А третья, тихая и молчаливая, просто несет листок с заповедью: «Не убий!»

В 1941 году в Украину вторгся Гитлер. С тех пор, вплоть до 2014-го, никто в Украину не вторгался. И помыслить об этом было нельзя. Был мир. Но в 2014-м Россия снова принесла войну в эту измученную двадцатым веком, пережившую голод, уже разгромленную однажды снарядами и бомбами, сожженную дотла, превращенную в одну общую могилу землю. Позор этого преступления чувствуют многие в длинном, растянувшемся на километры по бульварам марше с хештегом #нетвойне. Женщина с четким и ясным лицом и убранными под бейсболку волосами неподвижно стоит с высоко поднятым в двух руках плакатом. Верхнее слово написано синим, нижнее желтым: «Прости, брат!»

Прости, брат. Прости, сестра. Прости, Киев. Прости, Одесса. Прости, разрушенный Луганск и сидящий без воды Донецк. Прости, Украина. Прости, Таня Рычкова, украинский волонтер, продавшая пекарню и дачу, чтобы помочь своей стране, — и потерявшая мужа на войне. Страшно чувствовать их боль и знать, что с ними случилось. Невыносимо знать, что это мы устроили безумную русско-украинскую войну. Тысячи людей в знак сочувствия Украине прикалывают на куртки сине-желтые значки и повязывают сине-желтые ленты. Многие идут по московским бульварам с украинскими флагами. Идет женщина с огромной живой розой в руках, стебель розы перевит синей и желтой лентами, плывет в сентябрьском небе сине-голубой огромный пацифик, идет мужчина с синим и желтым шарами, привязанными к шее, идут женщины в венках из ярких цветов с длинными сине-голубыми лентами, спадающими до колен, и несет флаг таких же цветов эффектная москвичка в надменных черных очках кинодивы, а пятилетний малыш под присмотром мамы и папы несет сделанный всей семьей плакат: «Вызовите санитаров в Кремль!»

Вызовите их скорее. Кто-то очень сильно нуждается в лечении. Не может быть войны между Россией и Украиной. Две страны, выбравшиеся едва живыми из мясорубки двадцатого века, обескровленные, усталые, не могут воевать друг с другом. Две страны-инвалида, ковыляющие по миру на костылях своих больных экономик, так и не создавшие благосостояния для своих людей, так и не расселившие до сих пор свои коммуналки, так и не накормившие досыта своих пенсионеров, так и не давшие своим людям пожить по-человечески и вырастить детей для свободы и счастья, — могут воевать друг с другом только в бредовом, кошмарном, извращенном сне. «Путин, прекрати безумие!» — написано на плакате, который несет высокий интеллигентный мужчина с плотно сжатыми губами и строгими глазами за стеклами очков.

Колонна останавливается. Молодой человек с мегафоном умело заполняет паузу рассказом. У него плавные интонации человека, читающего книги. «К нам каждый раз присоединяются новые и новые люди, но некоторые лица остаются неизменными. Это те, кто следит за нами. Позвольте вам представить… — тут он торжественно делает широкий жест рукой — сотрудника органов по имени Алексей…» Тысячи глаз скользят вслед за рукой рассказчика и упираются в ряху с глазками. Смех переходит в хохот и свист. Человек быстро отворачивается и, вжав голову в плечи, начинает спешно проталкиваться сквозь толпу. У него стриженый затылок и синяя куртка-плащевка.

Идет Григорий Явлинский и держит белое налитое яблоко в руке. И даже перебрасывает его из руки в руку. Он в белой куртке, а рядом с ним в черном — Сергей Митрохин. Они улыбаются и говорят между собой так, как будто вокруг нет восьмидесяти тысяч человек, веющих знамен, рева голосов, полиции с овчарками и вертолета в небе. Прогулочным шагом, в окружении друзей и сторонников, несущих на длинных тонких древках синие флаги партии «Демократический выбор», идет высокий Милов. Двое Гудковых, оба в черном, дают интервью.

Никого они никуда не ведут. Люди идут сами. Лидеров у движения нет, нет никого, кто имел бы план и кто знал бы, как перелить энергию десятков тысяч людей в дела и в успех. Нет никого, кто бы знал, где выход в другую реальность из этого долгого хождения по московским бульварам. Нет ни одного, кто умел бы придумать стратегию мирного ненасильственного движения, меняющего страну, нет никого, кто хоть что-нибудь бы создал. Навальный мог и хотел, но ему заткнули рот и опутали судами. Нет русского Яцека Куроня, создающего «Комитет общественной самозащиты», нет русского электрика Валенсы, знающего, как и о чем говорить с парнями в гараже, на верфи и на заводе, нет русского хиппи-йиппи-клоуна Эбби Хоффмана, который превратил бы в посмешище милитаристов и гэбэшников. Нет ни русского Мартина Лютера Кинга, ни русского Ганди, ни русского Гавела, но люди есть. Восемьдесят тысяч людей на бульварах в сентябрьское воскресенье, сотни тысяч в Москве, миллионы в стране. Все они знают: надо прекратить войну.

Бьют барабаны. Я вижу их впервые после 6 мая 2012 года. Тогда, на Болотной, на узкой набережной, два барабанщика выбивали боевую дробь, под которую сцепившиеся руками протестанты медленно шли вперед, забирая назад пространство после атак ОМОНа. Тут тоже два барабанщика, они в черных очках и зеленых надвинутых капюшонах, один работает красными палочками по барабану фирмы Weber, другой белыми. Барабанная дробь уплывает в глубину проспекта под плавные и раскатистые звуки всемирного хита, песни «ла-ла-ла», которую со смехом запевают демонстранты. В смехе и говоре, в реве мегафонов и барабанной дроби теперь возникает голос Леннона. Джон поет Imagine. Это за заграждением, на тротуаре, стоит молодой мужчина в черных круглых очках, затертых до голубизны джинсах и в потрепанных кедах. Рядом с ним большой динамик, подсоединенный проводом к плейеру у него под курткой. На плечах у мужчины сидит его сын, маленький мальчик со светлой челкой. Оба они под торжественные звуки фортепьяно поднимают правые руки и показывают пальцами знак победы — V. Люди, проходя мимо, аплодируют.

Это антивоенный марш не организованных партийных колонн — таких немного, — а марш москвичей, вышедших на улицы по собственному желанию и по своей свободной воле. Тысячи российских флагов и тысячи украинских образуют прекрасное многоцветие. Это и есть Москва. Те, кто выходит раз за разом, не желая смириться с ложью выборов, и политическими репрессиями, и безумием власти, начавшей войну, — это и есть живая и подлинная Москва, которая не дает себя запугать и не хочет погружаться в тупой сон безмыслия и гибельную для России военную истерию. Хорошо идти в этих рядах, где царит приязнь, и где общение легко, и где много интеллигентных лиц. И снова и снова мелькают и плывут на маленьких плакатах то тут, то там веселые, смеющиеся, улыбающиеся, живые лица парней в тельняшках и камуфляже. Это наши солдаты, погибшие ни за что в противоестественной войне. Жертвы украинской войны. Такие же жертвы, как муж Татьяны Рычковой и Татьяны Чорновол. За что они погибли? В чью безумную мстительную голову пришло стравить народы, сжечь Донбасс, усеять подсолнуховые поля трупами? Женщина в очках, с седыми распущенными волосами, повесила на шею плакат на веревочке: «Бог плачет. Его дети убивают друг друга».

Война — это смерть, бред и ложь. В эту узкую, мерзкую, пахнущую моргом ложь хотят запихать всю страну. Мерным шагом, неулыбчивая, очень серьезная, идет по Москве стильная женщина в распахнутом плаще, с синей сумкой через плечо, и одна ее рука крепко сжимает ремень сумки, а другая держит деревяшку с листом ватмана, на котором четким учительским почерком написано большими буквами: «Я не хочу врать своим ученикам». Идет по бульварам здоровенный москвич в серой бейсболке, полукруглый козырек которой почти налез на его нос, белая рубашка-поло с короткими рукавами выпущена наружу, синие джинсы изношены, а на рубашке он взял и написал — не пожалел рубашки! — спереди красными печатными буквами: «Предатель», а сзади: «55-я колонна». И плевать ему на этот фашистский бред. И на того, кто его высказал.

Идут по московским бульварам очень разные люди с разными убеждениями. Идут анархисты в черном, с поднятыми черными капюшонами, в веянии черных флагов, так красиво струящихся на сентябрьском солнце, и идут вслед за ними националисты под бело-желто-черными флагами и с огромной красной растяжкой: «Русские против войны с Украиной!» Идет спокойный человек, у которого на груди плакат «Коммунисты против войны», и идет абсолютно седой нервный мужчина, держащий над головой школьный альбом для рисования. На странице альбома написано: «Власть ГБ — террор, война!!!» Импозантный человек в вельветовом костюме кирпичного цвета держит растяжку «Конгресс интеллигенции против войны», а неподалеку от него трое молодых смеющихся ребят, почти дети, держат самодельный плакат, который спокойным холодным кивком одобрил бы Чаадаев и горячо приветствовал бы писатель, дворянин, демократ и миллионер Герцен: «Инакомыслие есть высшая форма патриотизма». И есть еще коротко стриженная женщина средних лет, с твердым лицом, в котором такое знание о жизни, что хотелось бы поговорить с ней; но она в строгом молчании держит на прямых и поднятых вверх руках с загнутыми кистями плакат с двумя черными и двумя красными словами: «Пожизненная диктатура = вечная война». И много кто еще идет тут, на бульварах, в марше против подлой и безумной войны, про который будут врать по ТВ и в Сети наемные пропагандисты и тролли за одиннадцать рублей, что это марш предателей. Но все эти люди не присягали власти и ее преступлениям и не подписывались на войну с Украиной. Они верны себе и России.

Люди — это главная ценность России. Не нефть ее главный запас и не газ, а люди. Страна существует для своих людей, а не люди существуют для бредовых амбиций. Люди — это не хворост для разжигания войны, не пешки без имени и фамилии, которые можно двигать в политической игре-разводке. Хватит разжигать войну в Украине, хватит спецопераций, передела границ, отпускников, ездящих в отпуск в другую страну на танках, хватит посылать оружие, лить в огонь керосин, подзуживать провокаторов, потирать ладошки, видя кровь и беду соседа.

Агентство "Новороссия"
Мэрия Москвы отказала в проведении митинга «Битва за Донбасс» 28 сентября этого года. Как сообщили в оргкомитете митинга, мэрии Москвы и организаторам мероприятия не удалось договориться о месте проведения манифестации. Власти города отказались предоставить для митинга в поддержку Новороссии любую из множества крупных площадей в центре города. Вместо этого митинг предлагали перенести на сквер у площади Суворова или на площадку у Соборной московской мечети и снизить численность заявленных участников митинга с 5 000 до 1 500 человек.
Глава департамента региональной организации Москвы Алексей Майоров заявил, что на всех заявленных организаторами площадках проходят различные городские мероприятия: ярмарки, аттракционы, народные гуляния.
Организаторы митинга не собирались уступать. Начать полномасштабную информационную кампанию в условиях несогласованных места проведения мероприятия и его численности, было невозможно, несмотря на то, что до митинга оставалось всего 4 дня.
В результате было принято решение о подаче новой заявки о проведении митинга в поддержку Новороссии, предположительно на 5 октября.
«Мы будем обращаться в прокуратуру и Следственный комитет, пусть проверят, каким образом московская мэрия способствует оппозиционным предмайданным митингам и мешает сторонникам Новороссии, которые не критикуют власть и президента, провести свое мероприятие», - заявил глава оргкомитета митинга «Битва за Донбасс» Алексей Живов, намекая, что проблем с согласование т.н. «Маршем мира» и перекрытием для шествия предателей центра Москвы не было.

[quote="Иван Петров"][quote="Титус"]Эка нагородил. Не перелезешь.
Как говорил товарищ Сталин, Кто ясно мыслит-ясно излагает.[/quote]

"и обретает смысл и ясность".

Виноват не сформулирувал достаточно для восприятия - грешен перед Миром.

Лишь разум мой способен вдаль
До горизонта протянуть Надежды рвущуюся нить
И попытаться изменить Хоть что-нибудь .

( Никольский Константин)[/quote]

In disputa больше не рождается veritas,
И как не крутил бы сюжет демагог,
Он всё ж не нацелен на самоуверенность,
Но нищ он, и глуп он, и слеп, и убог.

Самое смешное, что господа дискутирующие, рассуждающие о фашизме, не удосужились почитать хотя бы педивикию, где приводятся основополагающие признаки фашистского государства. По большинству признаков подходит к этому термину не Окраина, а как раз-таки наоборот. Окраина это просто неофеодальное государство с маргинализированной верхушкой. Это и общественным строем не назовешь. Короче, спор двух демагогов - старого и молодого

В Албании всё было подчинено «блокадной» жизни. Проводились «антиревизионистские» кампании, «чистки» партгосаппарата. В стране ускоренно внедрялся продуктообмен, заменявший товарно-денежные отношения. Гражданам было запрещено иметь автомашину, дачу, слушать рок-музыку, джаз, носить джинсы, пользоваться «вражеской» косметикой и т. п.
В 1967 году, по прошествии двух десятилетий, происходили всё более жёсткие гонения на церковь, Ходжа торжественно провозгласил свою страну первым атеистическим государством в истории. Вдохновляемый китайской культурной революцией, он подверг конфискации имущество и здания мечетей, церквей, монастырей и храмов. Многие из этих зданий были демонтированы, в других размещали мастерские, склады, конюшни и кинотеатры. Родителям запрещали давать детям церковные имена[3]. Преследованиям подвергалось даже тайное соблюдение религиозных обрядов. Известен случай казни в Шкодере католического священника, крестившего ребёнка в домашних условиях[3].
В Албании выросло целое поколение, не посещавшее церквей и мечетей. Ходжа говорил: «У албанцев нет идолов и богов, но есть идеалы — это имя и дело Маркса, Энгельса, Ленина и Сталина»[4].

комми-главные фашисты в мире

Yah, ты готов выступить перед Бюро по документации и расследованию преступлений коммунизма (Чешский: úřad Dokumentace vyšetřování zločinů komunismu, сокр. ÚDV) является подразделением чешской полиции, которая расследует уголовные преступления, совершённые в период 1948—1989 и которые не были расследованы по политическим мотивам чехословацкого коммунистического режима ?

Марш за национальную капитуляцию
Михаил Шахназаров
На прошлой неделе неподражаемый Мэтью Ли поинтересовался у привыкшей вводить журналистов в недоумение Дженнифер Псаки, собираются ли Штаты улучшать отношения с Россией. Пренебрегающая долгими раздумьями представитель госдепа ответила утвердительно, а в качестве примера указала на «Марш мира», заявив, что Америка поддержит это шествие оппозиции.
И она не оговорилась. Правда, о количестве траншей и общей сумме, выделенной на очередной белоленточный фестиваль, рыжеволосая кудесница слова и мысли не сообщила, продолжая хранить коммерческую тайну об отношениях между госдепом и вечно угнетаемыми режимом российскими псевдолибералами.
Америка вообще в плане поощрения протестных движений страна щедрая. Нужно поддержать фашистов из «Правого сектора», браво марширующих под бандеровскими штандартами даже во сне? Да за ради Бога!
Требуется подставить плечо в виде молчаливого согласия старым и юным нацистам Прибалтики, тоскующим по временам массовых расстрелов евреев и коммунистов? Конечно, конечно! Пусть вышагивают себе с факелами на свое фашистское здоровье.
Есть необходимость подкинуть деньжат исламистам? Да, только номера счетов назовите. Последние, правда, маршировать особо не научены, но зато головы режут показательно исправно.
Вот в такой цивилизованной компании активных содержанок оказались организаторы «Марша мира».
В качестве одного из доказательств целевого расходования обкомовских средств соорудили сайт. Центральный документ ресурса отбрасывает во времена рыцарских турниров, представляя взору Заявление круглого стола.
Правда уже первые строки петиции заставляют улыбнуться: Мы, граждане России, патриоты своей родины… — пишут люди, многие из которых являются гражданами других государств. Например, подданная США Людмила Алексеева, которую так не жалеют соратники, что заставляют пожилую женщину тратить столь драгоценную в ее годы энергию.
Но вернемся к документу.
Всего в нем пять пунктов. Пересказывать все требования дело пустое и никчемное, а сухая выжимка звучит примерно так: «Покайтесь перед нашими американскими хозяевами, отдайте Крым, верните на прилавки заграничный провиант и добровольно отправляйтесь под международный трибунал». Сама же подача требований напоминает речи столь нелюбимого в оппозиционной среде прокурора Вышинского.
Стоит отметить, что подписи под петицией поставили чуть более 5 тыс. человек. То есть ее попросту не заметили. И знаете, неудивительно. Достаточно посмотреть на видеообращения с призывом посетить мероприятие, размещенные на том же сайте.
Среди тех, кто взывал с экрана встать на защиту мира, много людей откровенно нездоровых или же агрессивно настроенных. Взять хотя бы актера Алексея Девотченко, некогда известного поэта Иртеньева или безработную Екатерину Мальдон. Под стать им и многие другие любители окунуть страну в революционную ситуацию. Лично во мне эти люди будят два чувства: брезгливость и жалость. Брезгливость от их желания предавать всегда и всех, а жалость… так ее любой хворый человек вызвать способен.
А еще они напоминают труппу артистов неудачников. Со всех сторон давно слышны оценки их деятельности:
— От вас все устали! Вы жалки, убоги и неинтересны! Уйдите со сцены и начните приносить пользу, а не вред!
Мы чувствуем и злость в голосах, отсюда и плохо скрываемое чувство ненависти ко всему, что окружает в России. Но главное, что хорошо просматривается в поведении оппозиционеров, — это неумение проигрывать.
«Марш мира» стал очередным проигрышем.
Вместо заявленных 50 тыс. народу пришло раз в 8–9 меньше. И это несмотря на последние гастроли осеннего солнышка. Обилие украинских флагов напоминало о временах раннего майдана. Девушки, наряженные в украинские народные костюмы, походили на подуставших статисток из этнографического музея.
Растерянный корреспондент «Дождя» долго искал в толпе лидеров акции, а, завидев Илью Яшина, обрадовался так, словно встретил после долгой разлуки свою давнюю любовь. Илья Яшин сказал, что их много и у них есть кулаки. Последняя фраза прозвучала как-то обреченно.
По законам попсового жанра на часок опоздали и главные застрельщики действа. Лица смеющегося Бориса Немцова и приторно улыбающегося Михаила Касьянова настраивали на серьезный лад, равно как и скандирование призывов о прекращении войны.
После первых шагов колонны над головами понеслись речевки, интеллектуальный уровень коих будет пониже кричалок футбольных фанатов какого-нибудь регионального чемпионата. Этот факт удивил. Неужели Муза покинула замеченного в первых рядах шествия поэта Орлова и, рифмуя слова «марш» и «фарш», он так и остался в солдафонско-мясном плену?
Впрочем, надолго культурного уровня некоторых участников марша не хватило. Раздалась и ставшая украинской народной «ла-ла-ла», раззадорила молодежь «кто не скачет — тот москаль», громыхнули и лозунги «Слава Украине! Героям Слава!».
И очень быстро «Марш» превратился в неуправляемый балаган, став крохотной моделью той России, которую так хотели бы видеть все эти немцовы, касьяновы и прочие завсегдатаи площадных оппозиционных корпоративов. Пожилая женщина кричала о поселившемся в храме Сатане, рядом матерился мужичок с самопальным плакатом, неподалеку держал на плечах кроху-дочь неразумный папаша, а гомосексуалист с эмблемой ЛГБТ на лацкане куртки рассказывал, как Россия нуждается в экстренной терапии.
Увидев такое в центре Москвы не во сне и не в своих фантазиях, Михаил Афанасьевич Булгаков безмерно бы удивился и глазам своим бы не поверил. А оно вот, было. Вернее, была. Плохо срежиссированная дешевая пьеса с явно завышенными актерскими гонорарами.
Вчерашнее заявление Михаила Ходорковского о готовности стать президентом России вряд ли можно назвать высказыванием человека здравомыслящего. Украл, сел, вышел, наобещал, эмигрировал, нарушил обещание… С такой краткой биографией можно разве что в президенты финансовой пирамиды метить или в главы очередного правозащитного фонда, базирующегося в Штатах. А заявление Ходорковского прозвучало аккурат в день «Марша». Дескать, у вас уже и готовый президент есть, вам только власть взять надо.
И над составом правительства думать не придется, если дело выгорит. В соратниках Михаила Борисовича — люди, пока сроки не тянувшие, но имеющие погоняла — любой обзавидуется. В премьеры — Борю Пуделя, в министры финансов — Мишу Два Процента и т. д.
И одним махом в дамки!
В Россию времен Бориса Николаевича. В беспредельную, унижаемую, являющуюся мировым посмешищем и сырьевым придатком. Но не выгорит дело. И следующего «Марша мира», скорее всего, не будет.
Здесь два варианта. Либо американцам надоест выкидывать деньги на улыбки Немцова и Касьянова и злобные выкрики их соратников, либо эти улыбки и выкрики наконец-то надоедят действующей власти.