Форум

[quote="Гость"]Вы сами себе противоречите, то он пел по-вашему, т. е. так как вам надо, то вдруг уволили из-за неадекватности. И позвольте полюбопытствовать, с какого по какой год он у вас проработал, как долго и как и кто решал вопрос об его увольнении?[/quote]
Петь по-нашему мало. Нужно еще с людьми нормально общаться. По остальным вопросам к Андрею (НАВ)

[quote="Гость"][quote="Гость"]Вы сами себе противоречите, то он пел по-вашему, т. е. так как вам надо, то вдруг уволили из-за неадекватности. И позвольте полюбопытствовать, с какого по какой год он у вас проработал, как долго и как и кто решал вопрос об его увольнении?[/quote]
Петь по-нашему мало. Нужно еще с людьми нормально общаться. По остальным вопросам к Андрею (НАВ)[/quote]
Вы так и не ответили. 1. с какого по какой год он у вас проработал, как долго? 2. как и кто решал вопрос об его увольнении?

А у НАВ я уже спросил, надеюсь что ответит, когда появится.

Наф-Наф и очередной ниф-ниф очередной говноед в стоптанных ботинках.

Картинку можно увеличить, если скопировать ссылку на изображение и вставить её в строку адреса браузера.

Постанул, дурачок?

Предприятия банкротят умышленно, чтобы за гроши продать частникам...

[b]80 лет назад, убийство Кирова. Выстрел в Смольном [/b]

В такой же холодный первый день зимы, как сегодня, 80 лет назад, в здание Смольного в Ленинграде вошёл почти никому до этого момента неизвестный 30-летний мужчина по имени Леонид Васильевич Николаев.

Он состоял в ВКП(б), поэтому беспрепятственно прошёл по партбилету на тот этаж здания, где проходили различные мероприятия с участием высших руководителей города. С собой у него был пистолет, который он, улучив удобный момент, разрядил в коридоре в самого высокопоставленного из вождей партии, до которого мог дотянуться – члена Политбюро ЦК ВКП(б) Сергея Мироновича Кирова.

На выстрел Николаева толкнуло несправедливое, как он считал, отношение начальства – за отказ поехать в длительную командировку по партийной разнарядке его уволили с работы. И он решил отомстить… В дневнике его немало жалоб на то, как трудно ему пришлось в роли безработного: «Хоть самого себя ешь – нет ни денег, ни продуктов… Для себя у них (партийных вождей. – А. М.) – гаражи с автомобилями, а для нас – сырой хлеб». «Мой выстрел будет подобен выстрелу Желябова», – писал он в своём дневнике. «Как солдат революции, мне никакая смерть не страшна. Я на всё теперь готов, а предупредить этого никто не в силах. Я веду подготовление подобно А. Желябову… ради человечества, оставляя на добрых людей, – мать, жену и малолетних детей… Привет царю индустрии и войны Сталину…». То же самое он заявил и самому Сталину, который встретился с арестованным после покушения: «Зато в будущем моё имя будут помнить наряду с именами Желябова и Балмашева!».

Пуля Николаева, как и пуля его предшественника-террориста Гаврилы Принципа 20 годами ранее, стала маленьким камешком, подтолкнувшим большую лавину. Хотя, разумеется, для этого были серьёзные предпосылки. Даже не касаясь более глубинных социальных и классовых причин – политическое руководство ВКП(б) в 1934 году вовсе не было монолитным. Все бывшие фракции левой и правой оппозиции в партии сохранялись, хотя и не вели открытой борьбы. На прошедшем в начале года XVII съезде ВКП(б) прошёл целый «парад» бывшей оппозиции – один за другим на трибуну съезда выходили бывшие оппозиционные вожди и выступали с речами. Некоторые даже слегка огрызались, например, один из лидеров бухаринцев Михаил Томский упрямо заявил: «Мы не выходили за стены партийной легальности». Согласно стенограмме, раздались голоса «Ого-го!» и «Шум в зале». Оппозиционеры признавали былые ошибки и уверяли, что теперь они полностью лояльны ЦК, но зал прерывал их язвительными репликами и не очень-то им верил. Лев Каменев сказал: «Я хочу сказать с этой трибуны, что я считаю того Каменева, который с 1925 по 1933 год боролся с партией и с её руководством, политическим трупом, что я хочу идти вперёд, не таща за собою по библейскому (простите) выражению эту старую шкуру. (Смех.)». Также он сказал: «Для меня это — перевёрнутая страница жизни, прошлое, труп, который я могу так же спокойно, без личных чувств анатомировать, как я анатомировал в былые времена и, надеюсь, смогу ещё анатомировать политические трупы врагов рабочего класса, меньшевиков или троцкистов.» На эту речь тогда же нарисовал весьма ехидную карикатуру делегат съезда Валерий Межлаук. На ней Каменев «сам себя анатомирует», начиная операцию с не самых приличных частей тела. Другой шарж Межлаук подписал «Каменев не то анатомирует себя, не то делает харакири».

Но, несмотря на все эти демонстративные «харакири», де-факто фракции сохранялись. На это указывал не кто иной, как главный оппозиционер Лев Троцкий, который замечал: «Каждый отряд капитулянтов имеет свою фракцию». И презрительно высказывался об этих попытках «примириться с партией» – писал, что они сами включают себя в «категорию полуповешенных, полупрощённых. Эти люди боятся сказать вслух своё слово, боятся иметь своё мнение и живут тем, что озираются на свою тень». Вождь остававшихся в СССР троцкистов, Христиан Раковский тоже решил в 1934 году уйти из оппозиции. Но были и не сдавшиеся. Троцкист Виктор Серж, находившийся в 1934 году в ссылке, вспоминал: «Раковский сдался, но нас это не смущало. Мы говорили себе: «Стареет – попался на классический трюк: его ознакомили с конфиденциальными документами о надвигающейся войне…»».

И вот на этом фоне прозвучал выстрел Николаева. Ясно было, что он должен был обрушить всю прежнюю политическую конструкцию и вывести на сцену совершенно новых людей. Это поняли или почувствовали все. Писатель Константин Симонов вспоминал: «Тому, в чьей памяти не остался декабрь 34-го года, наверное, даже трудно представить себе, какой страшной силы и неожиданности ударом было убийство Кирова… Я не представлял себе тогда реального места Кирова в партии, знал, что он член Политбюро, и только. Он для меня не стоял в ряду таких имён, как имена Калинина, Ворошилова или Молотова. Но когда его убили, это имя – Киров – вдруг стало для меня, как и для других, какой-то чертой, до которой было одно, а после стало другое». Бывший троцкист Николай Муралов, узнав об убийстве Кирова, воскликнул: «Это его рук дело, это сигнал к тому, чтобы начать Варфоломеевскую ночь!». Николай Бухарин, получив известие о выстрелах в Смольном, мрачно сказал: «Теперь Коба нас всех перестреляет».

Евгения Гинзбург вспоминала: «Вернувшись в город, я зашла выпить чаю в обкомовскую столовую. Рядом со мной оказался Евстафьев, директор Института марксизма. Это был простой, хороший человек, старый ростовский пролетарий, член партии с дооктябрьским стажем… Сейчас он молча пил чай, не оглядываясь в мою сторону. Потом осмотрелся кругом, наклонился к моему уху и каким-то странным, не своим голосом, от которого у меня всё оборвалось внутри предчувствием страшной беды, сказал:

– А ведь убийца-то – коммунист…»

До сих пор всех погибших от покушений вождей большевиков (Володарского, Урицкого, Воровского, Войкова и т.д.) убивали белогвардейцы, правые эсеры, в крайнем случае – анархисты и левые эсеры (как это было во время взрыва в Леонтьевском переулке в 1919 году). Но чтобы коммунист, большевик стрелял в другого большевика – это было в тот момент нечто новое и неслыханное. И предвещало что-то очень недоброе.

Во время встречи со Сталиным в Смольном после покушения на вопрос генсека: «Зачем вы убили такого хорошего человека?» арестованный Николаев, согласно легенде, вызывающе ответил: «Я стрелял не в него, я стрелял в партию!». Что ж, действительно, первая кровь, пролившаяся между большевиками 1 декабря 1934 года, оказалась не последней. А спустя полвека основанная в 1898 году партия и вовсе оказалась под запретом… В этом смысле можно сказать, что Николаев не промахнулся.

Наф наф это некому неинтересно. Можно даже обосратся.

[quote="nav2"]"Соловейчик"[/quote]


- а он - дурачок?

Пил, сёдни?

Слава Великому Путину!

[b][size=150]Мощный дизель[/size][/b]

[img]http://www.rborba.ru/images/materials/549BBF3E39D05.jpg[/img]

Профсоюз игроков Континентальной хоккейной лиги (КХЛ) поддержал и организовал забастовку игроков пензенского клуба Высшей хоккейной лиги (ВХЛ/ "Дизель", которая не завершится до тех пор, пока все долги по заработной плате не будут им выплачены в полном объеме. Об этом ТАСС сообщил председатель профсоюза Андрей Коваленко.

23 декабря по окончании домашнего матча с ангарским "Ермаком" капитан "Дизеля" Евгений Чесалин взял микрофон и объявил, что команда не выйдет на следующую встречу с "Казцинк-Торпедо" из Усть-Каменогорска 25 декабря по причине невыплаты хоккеистам зарплаты за 2,5 месяца. Руководство "Дизеля" и спорткомитет Пензенской области подтвердили факт невыплат.

Управляющий директор ВХЛ Герман Скоропупов сообщил ТАСС, что возможностей оказать финансовую помощь "Дизелю" у лиги нет, выразив вместе с тем надежду на то, что вопрос будет решен на уровне губернатора Пензенской области.

"Мы, профсоюз игроков, имеем самое прямое отношение к забастовке хоккеистов "Дизеля". Наш представитель летал в Пензу и помогал игрокам оформить все документы. Вся команда подала заявления о том, что пока не будут выплачены все долги, вся зарплата за фактически отработанное время, они больше не выходят на игры чемпионата Высшей лиги", - сказал Коваленко.

"В этой ситуации уже не сработают никакие гарантии или гарантии в кавычках с чьей-либо стороны. Перед игроками должны погасить долги. Можно сказать, что это первая в истории нашего хоккея легальная, правильная забастовка", - заявил собеседник ТАСС. "Если этот вопрос не будет решен, на следующий матч ребята не выходят", - резюмировал Коваленко.

[b]Забастовка хоккеистов пензенского «Дизеля» окончена[/b]

[img]https://i0.wp.com/www.rborba.ru/images/materials/549BBF3E39D05.jpg[/img]

Часть игроков вернулась на лед, остальные, скорее всего, покинут команду, пишет пресса.

Пензенский хоккейный клуб «Дизель» завершал 2014 год домашней игрой с красноярским «Соколом». Начиналась она с благотворительной акции «Стань Дедом Морозом».

Но, прежде всего, пришедших интересовал вопрос — какой состав выйдет на игру с «Соколом». Напомним, что 23 декабря игроки «Дизеля» объявили бессрочную забастовку. Капитан клуба Евгений Чесалин объявил в микрофон, что хоккеисты отказываются играть, пока им не выплатят задолженность по зарплате.

25 декабря против усть-каменогорского «Казцинка-Торпедо» бились лишь шесть игроков «основы» плюс около десятка парней из молодежки.

Когда диктор стал объявлять составы, стало ясно — на сей раз пензенцы по именам будут представлять из себя более боеспособную дружину. На лед вышли капитан клуба Евгений Чесалин, Александр Авцин, Владимир Марченко, Давид Думбадзе и еще ряд забастовщиков.

Однако большой группы игроков не было на площадке. Даже в запасе не оказалось вратаря Ильи Андрюхова.

Матч получился тяжелым. «Дизель» с первых минут вынужден был отыгрываться, во втором периоде пензенцы владели большим преимуществом, сравняли счет, но в третьей двадцатиминутке «Соколу» удалось втянуть хозяев в монотонную игру без моментов. Поражение пензенцев 1:2 подвело безрадостный итог домашней серии игр — 3 поражения в 3 матчах.

На послематчевой пресс-конференции главный тренер «Дизеля» Андрей Сидоренко был категоричен:

— От тех игроков, кого не было на площадке, клуб будет избавляться. Того, что они устроили в последние дни, прощать нельзя. По поводу остальных забастовщиков — сегодня все увидели то, о чем я их предупреждал. Тяжело, выключившись из игрового процесса, вернуться в него. Да и молодые ребята после здорово отыгранной на эмоциях предыдущей встречи ощутили, как тяжело из матча в матч держать такой темп.

По словам главного тренера пензенцев, полный список тех, кто отправится из клуба восвояси, будет объявлен в ближайшие дни.